На главную Написать письмо Карта сайта

Новости

Олимпийские инвестиции ушли в безнадежный минус

23 ноября 2011 года

Частные инвесторы Олимпиады 2014 года в Сочи никогда не смогут окупить построенные ими объекты.

Мыслителей современности питают деньги

30 ноября 2010 года

Американское издание Foreign Policy опубликовало им же составленный рейтинг «мировых мыслителей». Первое место поделили Уоррен Баффет и Билл Гейтс.
На втором оказались так же две знаменитости - глава МВФ Доминик Стросс-Кан и руководитель Всемирного банка Роберт Зеллик.

Клубы Москвы 2010: открытия года

29 октября 2010 года

Сотрудники «ГдеЭтотДом.РУ» собрали даные о наиболее значительных клубных премьерах столицы России, прошедших в 2010 году. Для 10-миллионного мегаполиса список не велик, однако в него включены только те дебюты, которые показались экспертам рынка безусловно заслуживающими внимания.

Как открыть клуб – информация риэлторов

29 октября 2010 года

Игроки рынка сходятся во мнении, что одним из ключевых моментов в открытии нового ночного клуба является поиск подходящего места и помещения, которое должно отвечать определенным техническим требованиям.

Электроснабжение в Петербурге обещают восстановить к девяти вечера

20 августа 2010 года

По предварительной информации компании "Магистральные Электрические Сети Северо-Запада" (МЭС Северо-Запад) электрическое снабжение города будет восстановлено к девяти часам вечера 20 августа. Так же появляется информация об эвакуации пассажиров метро, чьи поезда застряли на перегоне между станциями "Лесная" и "Площадь Мужества".


Главная

Луноход-1: Горелово – Тюра-Там – Луна. До востребования

15:17 | 25 марта 2010 года

 Версия для печати

Знаменитый Луноход, который вслед за Высоцким многие называют «лунным трактором», на самом деле - близкий родственник танка. Дело в том, что и боевые машины и безобидного космического робота разрабатывали в одном институте – питерском ВНИИ Трансмаш.

 

Тридцать лет назад, 17 ноября 1970 года, Луноход-1 благополучно сошел на поверхность спутника Земли и приступил к работе. О том, что прямое отношение к этому событию, про которое немедленно сообщили все газеты, телевидение и радио, имеют создатели танков, тогда, конечно же, не говорили.

 

 

«Обратитесь к питерским танкистам...»

 

Самое интересное, что изначально Луноходу было предопределено быть «трактором».

 

Замысел послать на Луну робота, управляемого с Земли, появился у Королева и его соратников еще в конце пятидесятых. Поначалу идею развивал один из ближайших соратников главного конструктора Михаил Клавдиевич Тихонравов, который занимался перспективными проектами. Однако, чтобы сделать саму машину, были необходимы специалисты в других областях.

 

Королев начал искать организации, занимавшиеся созданием подвижной техники для земных условий. Первоначально выбор пал на Научно-исследовательский институт Госкомитета автотракторного и сельскохозяйственного машиностроения (НАТИ).

 

Долгих контактов с ним не получилось. Жесткие условия, в которых работали конструкторы космических аппаратов, непривычные требования и другие трудности очень скоро заставили НАТИ выйти из дела.

 

И снова начались поиски. Наконец Королеву подсказали: а не стоит ли попробовать поговорить с «питерскими танкистами»? И в июне 1963 года сотрудник королевского ОКБ-1 Владимир Зайцев, работавший в отделе Тихонравова, появился в кабинете Василия Степановича Старовойтова (отец Галины Старовойтовой _ В. Х.), директора ВНИИ-100, как тогда назывался нынешний институт Трансмаш. Зайцева сопровождал представитель Министерства оборонной промышленности.

 

Выслушав гостей, директор подумал и пригласил в кабинет одного из своих сотрудников Александра Кемурджиана. Когда тот вошел, Старовойтов сказал: «Сядь, сидя послушай, что они будут говорить».

 

Зайцев без долгих предисловий объяснил:

- Я приехал по поручению Сергея Павловича Королева, мы хотим вам поручить разработать транспортное средство для перемещения по поверхности Луны.

 

Первое впечатление «танкистов» от услышанного было шоковое. Идея, с которой приехал Зайцев, казалась фантастикой в духе Жюля Верна. Однако посланник ОКБ-1 несколько раз подтвердил, что речь идет именно о машине, которая сможет ездить по Луне.

 

Разговор продолжался, и мало-помалу началось обсуждение вопросов о том, как лучше организовать дело. Обсуждали уже такие конкретные темы, как технические характеристики, параметры, исходные данные будущей машины.

 

Немного погодя, между ОКБ-1 и ВНИИ-100 был заключен секретный договор, по которому ленинградцы взялись исполнить работу по теме: «Определение возможностей и направления работ по созданию «Лунохода».

 

 

А какой там грунт?

 

За Кемурджианом в институте с некоторых пор закрепилась репутация специалиста по разным экзотическим разработкам. До того как приступить к разработке Лунохода, он несколько лет руководил созданием танка на воздушной подушке.

 

Руководил, понимая, что получить такой танк, в полном смысле этого слова, едва ли удастся. Слишком уж несовместимы парящий над землей аппарат и зашитая в броню боевая машина. Однако задание поступило с самого верха и отказываться не приходилось... К 1963 году тема себя почти полностью исчерпала, и новое, удивительное, задание оказалось для конструктора и его людей как нельзя кстати.

 

Из тех, кто вместе с ним работал над необычным танком, Кемурджиан отобрал нескольких человек. Вместе они принялись размышлять. Вопросов, как водится, было куда больше, чем ответов. Проблемы начинались с самого начала: Луноход – машина для передвижения по Луне, но кто знает, какая у этой Луны поверхность? Твердая, как скала, мягкий грунт, песок, а может – зыбучая пыль, которая поглотит любой аппарат? Какую ходовую часть надо сделать для Лунохода: колеса, гусеницы, может, что-то вроде ног?

 

Без этих данных садиться за проектирование самого робота нечего было и думать.

 

Обратились к «мудрейшим» в Академию наук. Маститые теоретики отвечали пространно, невразумительно, что для нуждавшихся в совершенно конкретных цифрах инженеров было неприемлемо. Промучавшись несколько месяцев и так и не получив нужной модели лунного грунта, Кемурджиан начал поиск в другом направлении – в университетах. И здесь ему повезло. Удалось составить группу, в которую, кроме конструктора, вошли трое ученых: из Ленинградского, Харьковского и Горьковского университетов. Вчетвером они не только рассчитали параметры лунного грунта (как впоследствии оказалось, очень точно), но и определили, с помощью каких земных материалов можно его имитировать.

 

Выходило, что поверхность Луны достаточно твердая. Для создания «лунных» условий на Земле решили использовать вулканический шлак, вулканический туф и вулканическую пемзу.

 

Кемурджиан поехал в командировку. Сначала в Армению, откуда вернулся, заказав для институтского полигона целый вагон вулканических пород (когда все это прибыло в институт, многие глазам не поверили: никому раньше не доводилось привозить из командировки камни, да еще в таком количестве!).

 

В поисках естественных, максимально приближенных к лунным, условий, пришлось отправиться на другой конец страны, на Камчатку, в край действующих вулканов. Местные исследователи помогли – и на «краю света» появилась база «питерских танкистов», готовивших высадку на Луну.

 

Камчатские эксперименты продолжались много лет. Последние исследования российские ученые проводили здесь уже с коллегами из США, отрабатывая дистанционное управление марсоходом. Потом испытания были прекращены, и сейчас, как говорят, бывшая научная база используется как туристический объект.

 

 

«Пусть каждый занимается своим делом»

 

Помимо чисто научных проблем работы над Луноходом неожиданно натолкнулись на сопротивление московских чиновников. Дело в том, что ВНИИ-100 и «фирма» Королева относились к разным министерствам, в которых подобное сотрудничество одобряли далеко не все. Считалось, что космические исследования отрывают «танкистов» от их прямых обязанностей, что одно ведомство стремится загребать жар руками представителей другого.

 

Разговорами дело не ограничивалось, письма о том, что лунную тему в оборонном институте надо закрыть, летели в Ленинградский обком партии и в Министерство общего машиностроения, отвечавшее за космос.

 

Директору Старовойтову намекали, что его дальнейшее пребывание в высоком кресле связано с тем, прекратит он поддерживать работы по Луноходу или нет.

 

Однако Старовойтов, в свое время не побоявшийся перечить самому Хрущеву, давлению не поддавался. Тем более что для института космические исследования означали не только престижную работу, но и ощутимые материальные приобретения.

 

В плановой советской экономике, где предприятия могли получать станки, приборы, материалы строго по заранее составленным спискам, достать что-то сверх оговоренного было задачей исключительно сложной. И тут на выручку приходили железная воля Королева, всегда заботившегося о своих партнерах, и еще обладавшее в те годы почти магическим воздействием слово «космос».

 

Конечно, взамен требовалась интенсивная, чрезвычайно напряженная работа – условия «лунной гонки», в которую СССР ввязался вслед за Соединенными Штатами, диктовали особый темп. Как рассказывал сам Александр Леонович Кемурджиан, образ жизни с началом работ по космосу стал «фронтовым».

 

Выяснив вопрос с лунным грунтом, «танкисты» немедленно столкнулись с очередной, тоже совершенно незнакомой для них проблемой. Сила тяжести на Луне в шесть раз меньше земной. Значит, надо имитировать необычные условия.

 

С помощью системы кранов и резиновых жгутов создали первую, которая сегодня кажется примитивной, установку, с помощью которой можно было как бы «обезвесить» машину и получить данные о ее движении.

 

Тут же приходилось спешно решать еще одну проблему – вакуум! Как поведут себя отдельные узлы и механизмы? Никто не знал. В ходе первых экспериментов оказалось, что нормально взаимодействующие между собой на Земле части машины в лунных условиях просто слипнутся. Произойдет что-то вроде сварки.

 

Снова – поиски, командировки, встречи с новыми людьми. Учтите, что в условиях засекреченного советского ВПК все это было не так-то просто. Немало трудов сотрудникам одного «почтового ящика» приходилось отдать, чтобы просто узнать, чем занимаются коллеги из другого такого же «ящика» без имени и доски на фасаде.

 

Когда этот материал еще только готовился, мы много раз встречались с Александром Леоновичем Кемурджианом. Тогда он рассказывал о том, как были решены множество труднейших проблем: как создавались новые материалы для Лунохода, как выбирали смазку, подходившую для вакуума и невесомости, и нашли способ обойтись вообще без смазки, о множестве других оригинальных решений, которые приходилось искать буквально для каждого узла нового аппарата.

 

В мае 1964 года в поселок Горелово, где располагался ВНИИ-100, приехал сам Королев. Осмотрев, что «танкисты» успели сделать за год, он коротко объявил:

- Все, годится. Вы будете делать Луноход.

 

 

К цели - со второй попытки

 

Слово главного конструктора обычно было так же крепко, как решение, зафиксированное на бумаге и скрепленное подписями с печатью. Однако в этот раз все повернулось по-иному: год спустя ОКБ-1 передало всю программу по Луноходу в подмосковное КБ Машиностроительного завода имени Лавочкина (сегодня – НПО им. Лавочкина). Считается, что Королев принял это решение, чтобы целиком посвятить себя выполнению очередной сверхзадачи – высадке человека на Луну.

 

По воспоминаниям Кемурджиана, такой поворот, конечно, был полной неожиданностью. Но решение было определено на самом высоком уровне, приходилось вносить изменения в план работы и привыкать к новым партнерам. Благо, хорошие отношения удалось наладить быстро.

 

За питерским институтом осталась разработка самоходного шасси машины, москвичи взяли на себя все остальное. Компоновку машины определяли теперь совместно. И осенью 1966 года новый главный конструктор проекта Георгий Бабакин утвердил новый, переработанный эскизный проект Лунохода.

 

Согласно появившимся в последние годы воспоминаниям сотрудников НПО Лавочкина, Луноходу отводилась важная роль в программе первой советской пилотируемой лунной экспедиции, определенной в 1967 году. Робот должен был детально обследовать предполагаемый район посадки, играть роль радиомаяка для посадочной кабины космического корабля, а также – для транспортировки космонавта по Луне к резервной кабине, если бы основная по какой-то причине не смогла стартовать. О том, что Советский Союз уже проиграл Америке «лунную гонку», тогда знали совсем немногие.

 

В 1969 году началась «горячая» пора – машину готовили к сдаче. В институте расчистили одну из комнат, там установили кровати – чтобы те, кто круглые сутки работал, могли прерваться на пару часов и немного поспать. Иногда, впрочем, засыпали прямо за работой.

 

Долгожданный момент настал несколько месяцев спустя. Ракета с первым Луноходом на борту стартовала с космодрома в Тюра-Таме (Байконур), но прошли буквально секунды, как в небе прогремел мощный взрыв и обломки рухнули на землю. Потом выяснили, что автоматика, зафиксировав отклонения от расчетной траектории, дала команду на самоликвидацию.

 

С земли удалось собрать несколько фрагментов лунной машины _ их отвезли в Ленинград, осмотрели – и использовали для одного из новых макетов робота. Оказалось, что детали превосходно выдержали взрыв и падение.

 

Следующий пуск произвели лишь через год. Со второго раза Луноход достиг цели. Запущенная 10 ноября 1970 года ракета вывела в космос станцию Луна-17, которая 17 ноября благополучно прилунилась в Море Дождей через два с половиной часа (это время потребовалось для осмотра места посадки и развертывания трапов), и первый робот-планетоход съехал на грунт.

 

Он проработал, собирая научную информацию, до середины сентября следующего года. Это при том, что первоначальная программа исследований, составленная на основе расчетов живучести машины, была расписана всего на три месяца.

 

 

Премии через три года

 

Несмотря на столь успешный результат, наград никто из участников события тогда не получил. Объяснение оказалось удивительно простым: за несколько месяцев до старта Лунохода в космосе побывала станция «Луна-16», которая доставила на землю образцы лунного грунта. Именно за это достижение ряд сотрудников Завода имени Лавочкина были отмечены государством. Награждать фактически тех же людей второй раз за год «наверху» посчитали излишней щедростью. А о «питерских танкистах», скорее всего, даже не подумали.

 

К тому же успех Лунохода в то время не мог затмить горечи от проигрыша главного этапа «лунной гонки – лишь годом ранее Соединенные Штаты успешно произвели высадку астронавтов на Луне, в то время как советская пилотируемая экспедиция была, фактически, сорвана.

 

Это сейчас очевидно, что с точки зрения науки и техники успешная экспедиция Лунохода имела, как минимум, такое же значение, как и высадка человека. Ведь чем глубже люди проникают в космическое пространство, тем выше значение аппаратов, роботов. Пилотируемой экспедиции на Марс, о которой столько говорят в последние годы, будут предшествовать запуски по меньшей мере десятка аппаратов, «потомков» первого Лунохода.

 

Заслуженные награды инженеры и конструкторы все-таки получили – в 1973 году, после того как успешно прошла экспедиция Лунохода-2.

 

Знания и технологии, полученные при работе с Луноходом, впоследствии применялись для создания других машин, в том числе аппаратов для исследования Марса и роботов, использовавшихся при ликвидации Чернобыльской аварии. В последние годы ВНИИ Трансмаш много сотрудничает с зарубежными партнерами в области освоения космоса. На сегодня это наиболее реальная возможность сохранить накопленное за десятилетия.

 

Что касается Луноходов, то они по-прежнему находятся на Луне.

 

Один, правда, теперь имеет нового владельца. По информации, появившейся в отечественной прессе, в декабре 1993 года Луноход-1 и посадочная ступень станции Луна-17 были выставлены фирмой Lavochkin Association на аукционе Сотби. Начальная цена составила пять тысяч долларов, в ходе торгов она поднялась до 68500, за эту сумму реликвию приобрел сын одного из американских астронавтов.

 

Теперь хозяину осталось только забрать покупку.

 

 

Владимир ХОЗИКОВ

Статья опубликована в газете «Санкт-Петербургские Ведомости», 17 ноября 2000, N 212(2362)

Оставьте комментарий

* Обязательно для заполнения

Комментарии: 1 шт.

vyshny
13:33 | 10 июня 2012 года

Сколько же неимоверных усилий и человеческих затрат стоит минимальный шажок в познании природы. И сюда еще добавляется социальный фактор, как то могучий Королев, необыкновенный Старовойтов и прочая хератень. Вообще! Чем грандиознее эксперимент, тем всё более довлеющую роль играет социальный фактор. Это бесспорно. Руководители типа Королева необходимы. Однако науку делают простые (чем моложе,тем лучше) мэнээсы. Пример с Флёровым в этом смысле очень показателен.

© 2008-2010 ООО "Деловая информация". Все права защищены.
Разработка сайта: WebComfort
Rambler's Top100